Elem, evo te priče.
Интервью с Игорем Зайцевым
Сейчас бывший главный дизайнер АЗЛК Игорь Зайцев — вице-президент Союза дизайнеров Москвы, руководитель студии Диалог-дизайн
Главный вопрос Игорю Зайцеву
— И последний вопрос, Игорь Андреевич. Есть ли среди ваших работ такая, которую сейчас хотелось бы переделать?
— Все хотелось бы. Ни одну из наших работ, даже если говорить о серийных машинах, я не могу назвать состоявшейся...
Игорь Андреевич Зайцев проработал на посту главного дизайнера АЗЛК четырнадцать лет — с 1974 по 1987 годы. Именно за это время на заводе были сделаны Москвич-2140 и -2140 Люкс, переднеприводный Москвич-2141... И еще много Москвичей, которые так и не пошли в производство.
Сейчас Зайцеву 62 года. А 45 лет назад, когда московский старшеклассник Игорь Зайцев заканчивал школу, о дизайне он и не помышлял.
— Я просто любил автомобили. И поэтому, долго не раздумывая, поступил в Московский автомеханический институт, в МАМИ. Проучившись пару лет на тракторном факультете, добился перевода на автомобильный. А в 1962 году, когда пришла пора получать распределение, пошел на МЗМА, как тогда назывался завод Москвич. Собственно говоря, еще на четвертом курсе я уже примелькался в отделе Главного конструктора. Проходил там преддипломную практику, делал диплом...
Поскольку меня очень интересовал дизайн, я подсматривал за работой дизайнеров и даже подружился с Борисом Ивановым, главным художником. И решил: дай-ка я тоже попробую. Нарисовал кузов — взял да «отдул» его аэрографом, белилами на черной бумаге. Дизайнеры, выпускники Строгановки, обалдели: за три дня — такую картину! А главный конструктор Александр Федорович Андронов следил за кадрами очень внимательно: лично принимал на работу всех сотрудников ОГК, вплоть до уборщицы. И когда он увидел мой рисунок, то пригласил меня на работу конструктором в КБ кузовов.
Вскоре Зайцев получил повестку в армию. И сам Главный конструктор МЗМА, лауреат Государственной премии Андронов поехал к московскому военкому отпрашивать своего молодого сотрудника. Зайцева от призыва освободили, началась работа. Параллельно молодой инженер закончил ускоренный, в три с половиной года, курс по подготовке дизайнеров в Строгановке. Диплом Зайцев делал, конечно же, в художественно-конструкторском бюро отдела Главного конструктора МЗМА — это был гипсовый макет спортивного купе Москвич.
— Защитился на «отлично». Бандура эта потом долго в Строгановке стояла, пока не обветшала вся.
Один из первых пластилиновых макетов «укрупненного» Москвича-408, сделанный по настоянию главного конструктора Андронова
Экспериментальный образец серии 3-5-3 устарел уже к моменту своего создания (1970 год)
Передняя панель приборов образца серии 3-5-3
Это было весной 1967 года. В марте с конвейера сошел первый Москвич-412 — модернизированный М-408 с верхневальным алюминиевым двигателем. Прогрессивный по тем временам мотор был детищем Андронова — тот считал, что серийного производства достойны лишь самые современные разработки. Именно Андронов на переговорах по поводу закупки лицензии на производство модели Fiat-124 отказывался подписывать контракт с итальянцами до тех пор, пока у машины не будет полностью алюминиевый двигатель с «верхним» распредвалом. Правда, тогда удалось отстоять только вал.
Так вот, именно весной 1967 года Андронов вызвал Зайцева «на ковер» и приказал за десять дней сделать прикидку основных линий и сечений кузова перспективной модели, которая могла бы заменить Москвич-412. Задание, правда, отличалось некоторым своеобразием: по сравнению с моделями 408—412 будущий автомобиль должен был обладать увеличенной на 150 мм колесной базой, стать на 200 мм длиннее и на 100 мм шире, но... нужно было сохранить характер и расположение поверхностей. То есть Андронов хотел видеть новую модель просто «распухшим» Москвичом-408! В положенный срок работа была закончена и получила положительную оценку. По вновь разработанным чертежам Главный поручил изготовить четыре одинаковых пластилиновых макета в натуральную величину с небольшими отличиями в деталях: с разными облицовками радиатора, фонарями, молдингами. Лепить один из них выпало Зайцеву на пару с Леонидом Леоновым, его товарищем еще по МАМИ и Строгановке.
Интерьер ходового образца 3-5-6. Обратите внимание на рукоятку селектора «автомата». Панель приборов и мягкие накладки дверей изготовлены из пенополиуретана, обтянутого пленкой
Так выглядел экспериментальный Москвич 3-5-6 (1975 год)
Эти эскизы — первая попытка поиска альтернативы семейству 3-5-6. «В воображении еще господствовал седан», — вспоминает Зайцев
— Мы никак не могли понять, зачем нужны четыре одинаковых макета. Начали лепить самостоятельно, и что-то у нас, казалось, стало получаться интересное. Андронов по нескольку раз в день обходил все КБ: «Чем заняты, какие проблемы?» Заходил и к нам, делал замечания — мол, что-то надо изменить здесь, что-то здесь. А мы продолжаем гнуть свою линию. И Андронов как-то отозвал меня в сторонку: «Почему упрямитесь? Конечно, вам, молодым, хочется проявить себя после Строгановки. Но я-то знаю, что у вас ничего не получится! Если вы не скопируете «четыреста восьмой», то положение передней стойки не найдете». Я говорю: «Александр Федорович, мы четыре года на плазе отработали — что же, две точки не построим в пространстве?»
В общем, объективных причин для запрета не было. Просто, как считал Андронов, форма «четыреста восьмого» настолько удачна и оригинальна, что потребует лишь косметических изменений. В конце концов он мне говорит: «Знаешь, дорогой, в одном отделе двум умным людям делать нечего!» На следующий день мы с Леоновым оба подали заявления об уходе. Андронов был в шоке. Он нас и по одному, и вдвоем: я, мол, вас за границу пошлю, будете в отделе внешних сношений работать... Нет, отвечаем, нас именно творческая стезя интересует. В общем, со скрипом, с большой обидой, но отпустил он нас.
В интерьер Москвича-2150 конструкторы ввели травмобезопасные элементы
В начале 70-х годов на АЗЛК решили реанимировать проект внедорожника Москвич-416 разработки 50-х годов. Обновленную машину назвали Москвич-2150, но дальше опытных образцов дело не пошло
Куда ушли? Нашего бывшего одногруппника по Строгановке в тот момент назначили начальником КБ художественного конструирования в НИАТе — в институте авиационных технологий. Он нас и пригласил. Четыре года я проработал в этом болоте. Успехи, правда, были: получали патенты, а один станок с моим дизайном даже выпускался серийно. Но скучно было... А к заводу тяга была жуткая, бывал там тайком. В итоге поступил сигнал: давай-ка, возвращайся. Встретился с Андроновым: как будто ничего и не было. Он предложил мне возглавить группу интерьера в КБ кузовов. Там все приходилось делать самому: и лепить, и чертить, и компоновать, и конструировать. Что самое удивительное, это позволяло раза в три быстрее все делать, чем при обычной схеме.
Тем временем на заводе продолжали работать над автомобилями, сделанными по зайцевским чертежам. Планировалось, что в 1973—1975 годах они заменят на конвейере существующую модель, поэтому их называли образцами серии 3-5. Машины получались грубыми, устаревшими. Кроме того, было очевидно, что освоить на модернизированном производстве совершенно новую модель нереально — не хватит ни времени, ни средств. Поэтому решили обойтись модернизацией «четыреста двенадцатого». Так появился Москвич-2140.
В комбинации приборов для Москвича-2140, разработанной американскими дизайнерами, был необычный спидометр — с неподвижной стрелкой и вращающейся шкалой
Москвич-2140 Люкс — полностью отечественный вариант
Панели интерьера Москвича-2140 Люкс поступали из Югославии. Предусматривалось два цвета отделки: серый и бежевый
И все же работы над образцом 3-5-6 — последним из серии 3-5 — продолжались. В течение 1973 года разработали несколько вариантов кузова и интерьера. По существу, это был уже новый стиль: более мягкие формы, гнутые боковые стекла, большие прямоугольные фары. Осталось лишь фамильное «москвичевское» сечение по боковине. Кстати, при разработке интерьера впервые в отечественной практике был использован посадочный макет, что позволило с самого начала правильно выбрать основные эргономические соотношения. На АЗЛК было принято первый опытный образец новой модели собирать с особой тщательностью, из лучших материалов. Такая машина исполняла роль «невесты» — демонстрировалась начальству для получения бюджетных денег на освоение новой модели. «Невесту» с индексом 3-5-6 собрали, как было заведено, к 7 ноября 1975 года. Автомобиль, выкрашенный в светло-коричневый «металлик», оснастили уфимским двигателем объемом 1,7 л, «автоматом» Borg-Warner и пружинной задней подвеской. Но «невеста», даже столь презентабельная, не спасла новую модель — ее участь уже была решена... После неудачи с проектом «3-5-6» конструкторы и дизайнеры взялись за модернизацию серийного Москвича-2140. Так появился Москвич-2140 Люкс. О нем Зайцев вспоминает с особой теплотой.
):
